Будущее имеет значение

Телефон горячей линии
 8–800–200–01–48
Для жителей г. Липецка: 233-833

 

СМИ О НАС

18 Февраля 2009
«Каждый сам может обеспечить себе достойную старость»

Вячеслав Федоров, президент негосударственного пенсионного фонда «Социальное развитие» - о ситуации, в которой очутились нынешние и будущие пенсионеры  

1 октября вступает в силу 56-й федеральный закон, позволяющий гражданам увеличить накопительную часть будущей пенсии. Теперь каждый достигший 14-летнего возраста сможет ежемесячно откладывать тысячу рублей на накопительный счет в Пенсионном фонде России (ПФР), а государство в свою очередь, удвоит каждую тысячу. Так, по схеме «рубль на рубль», будущий пенсионер сможет за год дополнительно скопить на своем пенсионном счете 24 тысячи рублей. В софинансировании таких накоплений могут участвовать и работодатели - закон предоставляет им ряд льгот.

На этот закон государство возлагает большие надежды. Однако у президента негосударственного пенсионного фонда (НПФ) «Социальное развитие» Вячеслава Федорова на этот счет свои взгляды. Он считает положение российских пенсионеров национальным позором и предлагает свое видение проблемы.

- Вячеслав Петрович, провал пенсионной реформы в России очевиден. Во-первых, не оправдались надежды на единый социальный налог (ЕСН) - зарплаты не вышли из тени. Во-вторых, ЕСН взимают по регрессивной шкале, и в результате богатые граждане отчисляют от своих гигантских доходов в ПФР копейки. В-третьих, доходность пенсионных накоплений, аккумулированных во Внешэкономбанке, существенно ниже инфляции...

- Я скажу даже больше. Наши нынешние пенсионеры год от года становятся беднее. Есть такой термин - коэффициент замещения, или отношение размера средней пенсии по стране к уровню средней зарплаты. Сейчас этот коэффициент составляет 20%. Существующая пенсионная система, если не принимать срочных мер, даже по мнению министра финансов Кудрина, к 2023 году снизит коэффициент замещения до 12,5%. А это - катастрофа!

Между прочим, перед началом пенсионной реформы коэффициент замещения составлял 33%. Тогда, в 2002 году, уровень жизни выходящего на пенсию гражданина падал втрое. Сегодня - впятеро. А в зримой перспективе, получается, упадет в семь-восемь раз! Это ли не национальный позор с учетом того, что Всемирная организация труда рекомендует придерживаться коэффициента замещения не ниже 40%? В то же время в Западной Европе коэффициент составляет 65-80%. Европейские пенсионеры месяцами живут на курортах Турции, а российские в лучшем случае продолжают работать, в худшем - роются в мусорных баках.    

Пенсионеры доходят до критической черты. Многие нищенствуют. А в это время бывшие чиновники получают пенсию в размере до 70 % от их последнего оклада! Почему заместитель губернатора какого-то региона после выхода на пенсию получает 100 тысяч рублей, а тот, кто всю жизнь проработал в индустрии и на стройках, - 5 тысяч? Это ненормально.

И такая ситуация сложилась в стране, вот уже который год демонстрирующей высокие темпы роста экономики. Состояние пенсионеров - это серьезный минус действующей власти.

- Возможно, наши власти, признавая факт нищенского положения пенсионеров, объясняют это какими-то объективными причинами?

- Конечно, объяснение имеется. С середины 90-х годов Россия стала резко входить в зону сокращения числа работающих и роста числа пенсионеров. Существовавший распределительный механизм начисления пенсий стал неэффективным. Поэтому было принято решение перейти от распределительной системы к системе распределительно-накопительной. Для граждан в ПФР открыли распределительно-накопительные счета.

А что вышло дальше? Кризисные демографические процессы усугубляются, и уже недалек тот день, когда на одного работающего будет приходиться один пенсионер (сейчас этот показатель 1,5 к 1). Но вместо того, чтобы думать над решением вопроса пенсионного обеспечения граждан, наша власть начала войну с инфляцией. Что получилось? Высокий темп роста реальной заработной платы способствует уменьшению коэффициента замещения, ведь государство не поднимает такими же темпами размеры пенсий. И никакие индексации ситуацию кардинально не исправляют. На пенсиях экономят, чтобы не допустить роста инфляции. Однако достойный уровень жизни пенсионера гораздо важнее, я думаю, чем борьба с инфляцией.

- Но ведь нельзя сказать, что руководство страны ничего не делает? Недавно, например, Минфин внес ряд предложений, которые, по мнению финансистов, должны улучшить положение будущих пенсионеров.

- Да, внес. Предлагают, например, реформировать шкалу подоходного налога, пересмотреть размер базовой части пенсии - он должен хотя бы соответствовать минимальному прожиточному уровню. В предложениях Кабмина - изменить шкалу ЕСН, поднять подоходный налог для граждан моложе 1967 года рождения и увеличить пенсионный возраст. Иначе, как считает глава Минфина, не удастся удержать коэффициент замещения на уровне 30%. Иначе говоря, «заткнуть» пенсионную «дыру» Минфин предлагает привычным способом: затянуть пояса.

Но Минфин говорит о коэффициенте замещения в 30%. То есть план уже занижен в сравнении с уровнем жизни пенсионера в 2002 году! Это абсолютно неправильно. В России принято говорить об амбициозных проектах. Но куда направляют бюджетные деньги? В создание различных холдингов и в нанотехнологии! Наши амбиции - потрясти мир Олимпиадой в Сочи. Не лучше ли сделать приоритетным проектом улучшение жизни своих граждан?  

- Похоже, пенсионная реформа - «закрытая» для обсуждения тема.

- Согласен частично. Люди не знают сути пенсионной реформы. И государство, как мне кажется, сознательно держит граждан в неведении. Но сейчас настало время открыто говорить о том, что граждане сами должны позаботиться о своем будущем, так как государство не может обеспечить им достойную старость. У нас народ верит власти, и если бы такие призывы прозвучали, то народ понял бы, что пора действовать по принципу: «Спасение утопающих - дело рук самих утопающих». Люди должны услышать именно от первых лиц страны, причем не раз и не два, что государство не в состоянии обеспечить им приличную старость. Но власть молчит. Почему? Потому, что тогда ведь и народ задастся вопросом: «Как так получилось, что в эпоху огромных доходов от нефти и газа старики остались у разбитого корыта?»

Власть должна признать свои ошибки и предложить обществу новые идеи. А они есть. Например, развивать экономику за счет «длинных» кредитов, которыми вполне могут стать деньги, отчисляемые в ПФР или в негосударственные пенсионные фонды. Нынешний кризис показал, что экономике как раз не хватает таких средств. Но государство молчит, а частным структурам - НПФ - народ не верит, подозревая в корыстных мотивах.

А за последнее время граждане разучились копить. Ситуация доведена до абсурда - молодые люди, сами толком не научившиеся зарабатывать, раз в квартал меняют сотовые телефоны! Но ведь должна быть разумность в жизни. Нужно думать о какой-то норме накопления - это естественная логика бытия. Но теперь жизнь в кредит значительно подорожает. В связи с нынешним кризисом российские банки уже ужесточают требования к заемщикам в отсутствии возможностей взаимного перекредитования и заимствований с Запада.

- А как копить? Дефолт 98-го года показал, что частные кредитные организации не прошли проверку кризисом. Поэтому народ не верит в то, что, вкладывая часть заработка в негосударственные пенсионные фонды, он когда-то, лет через двадцать, сможет получить их обратно. 

- Верю-не верю давайте оставим для церкви. Дефолт пережили многие частные банки, а те, что упали, упали во многом по вине государства. Так что у меня есть четкое понимание того, что НПФ обеспечит накопления, которые станут достойной прибавкой к базовой пенсии, которую должно гарантировать государство. Но государство заявило, что в силах обеспечить в лучшем случае только 30-процентную планку коэффициента замещения. Получается, что остальные средства на свою старость должны заработать сами работающие, которым может в этом помочь работодатель. И эти средства могут стать источником самых «длинных» кредитов для экономики, нуждающейся в долгосрочных инвестициях.

- Такие фонды, как ваш, вкладывают средства клиентов в различные облигации и акции. Но сейчас фондовый рынок переживает не лучшие времена. Расчеты показывают, что некоторые НПФ дадут по итогам года если не минусовую, то нулевую доходность. А раз так, то не накроется ли медным тазом вся частная накопительная система?

- Сначала о безопасности. Закон предусматривает контроль за пенсионными накоплениями граждан. Институт НПФ - самый безопасный финансовый институт России. Государство жестко регламентирует, куда НПФ может направлять средства, какой актив покупать. На любые вложения есть ограничения. То есть нельзя все «яйца» ссыпать в одну или даже в несколько «корзин».  

Теперь о доходности. Часть средств такие фонды, как наш, всегда инвестируют в «голубые фишки» - предприятия нефте- и газодобычи, электроэнергетики, металлургии. Поэтому общий многолетний тренд всегда будет восходящим, несмотря на провальные годы, как, например, этот. Но экономический рост всегда цикличен. Он похож на ломаную кривую, так что переживать клиентам НПФ не надо.

Рынок, как говорится, отрастет, а тот, кто запаникует и передаст свои накопления в ПФР, в конечном счете рискует пострадать. Ведь Внешэкономбанк (ВЭБ), куда ПФР переводит пенсионные накопления большинства россиян, никогда не даст той доходности, какую даст НПФ. Как пример: за три предыдущих года один из липецких НПФ превысил доходность ВЭБа на 30 процентов. Почему? Дело в том, что негосударственные пенсионные фонды имеют расширенную инвестиционную декларацию, или, иными словами, могут вкладывать деньги клиентов в куда большее количество предприятий и ценных бумаг, чем ВЭБ. Это прописано в законе. А правила установлены правительством. Фонды от них не могут отойти ни на шаг вправо, ни на шаг влево.

Так о каком «медном тазе» может идти речь?

- И тем не менее я пока еще не встречал пенсионеров, которые бы могли похвастать, что НПФ обеспечил им достойную пенсию.  

- На данный момент в НПФ идет процесс роста накоплений. Поэтому и солидных выплат пока нет. Первые серьезные выплаты в НПФ начнутся в 2022 году для выходящих на пенсию женщин 1967 года рождения и в 2027-м для мужчин. Все, что накопилось на счете клиента, потом будет разделено на 228 месяцев (19 лет), которые называются «периодом дожития». А теперь считайте сами. Работник НЛМК   со средней ежемесячной зарплатой 25 тысяч рублей с учетом софинансирования его взносов и деятельности НПФ может накопить за двадцать лет к выходу на пенсию два миллиона. Следовательно, ежемесячно он будет получать к базовой, гарантированной государством, пенсии не менее 10 тысяч рублей.

Игорь Луговой, газета МГ

Возврат к списку

вопрос посетителю

партнеры фонда

Любое копирование, использование и размещение материалов с официального сайта, кроме новостей, без разрешения фонда запрещено